«Человеческого...», в 1878 г.
<
Оценка пользователей: / 0
ПлохоОтлично 
21.02.14 14:37

 

Прямое уподобление барокко и современности, возникает у Ницше в момент издания «Человеческого...», в 1878 г. В письме к М.Майер он связывает характерные с его точки зрения для «искусства барокко экзальтированность и высокопарность» с именем и творчеством Вагнера, который воспринимается Ницше как ярчайший представитель декадентского художественного сознания. Понятие «декаданса» — одно из центральных в творениях позднего Ницше — описывается им в качестве собственно стилевой доминанты искусства конца XIX в. в эссе «Казус Вагнер» (1888), причем современное упадничество опять-таки соотносится с барочным, на сей раз выступающим в персонифицированном виде («Вагнер остается именем для гибели музыки, как Бернини для гибели скульптуры»). При этом как доминирующая (и принципиально отрицательная черта) музыки Вагнера выделяется «театральность» или «театрализованность», сквозь призму которых рассматривается фрагментарность (перевес части над целым, омертвение целого) Вагнера, искусственность, риторичность. Театральность является порождением лживости (неправдоподобности) иллюзорности, галлюцинативности, из которых Ницше выводит и характерное для Вагнера стремление к детализации и контрастности. И вновь образно-понятийный аппарат, применяемый Ницше к музыке Вагнера может быть соотнесен с основными категориями, используемыми в дальнейшем для описания барокко, и, если исходить из современного «необарокковедения», то можно было бы сказать, что Ницше описывает Вагнера как «барочного» автора. Однако суть в том, что для Ницше барочное и современное в принципе неразличимы в силу равной принадлежности к «декадансу».
К концу XIX в. общее отождествление барокко и декаданса становится привычным: «Все мы сегодня немного варварские, немного византийские, немного барочные», — пишет в 1894 Э.Ненчони (один из ведущих итальянских историков литературы того времени), обратившийся к соответствующей проблеме в книге «Жизнь Италии семнадцатого века. Барочность», где образ барокко возникает не только под своеобразным знаком «новизны», «современности» и «упадничества» одновременно, но и неявно ассоциируется со «странностью». Той изначальной «странностью» барокко, которая как нельзя лучше соединялась со «странными» увлечениями рубежа веков.

 

Последнее обновление 13.08.14 11:36
 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Вверх Яндекс.Метрика